Ветеран Ольга Козлова прошла этот путь два раза — чтобы донести до бойцов правду об осажденном городе. Ее собственная Дорога жизни изобиловала ухабами — и репрессии 30-х годов, и отступления вместе с Красной армией из Прибалтики, и скитания с мужем-военным по Дальнему Востоку.
Ей чудом удалось спастись от фашистских бомб и самой не наделать фатальных ошибок.
«ЗАЧЕМ ТАКОЙ ОТЕЦ?»
Свою первую фамилию Ольга Павловна не помнит.
Отец, белогвардейский полковник, женился второй раз, мачеха не давала Оле проходу. Опорой для девушки стал директор техникума.
Поселил ученицу в общежитии, посоветовал поменять фамилию: что у тебя общего с отцом, который за несколько лет даже не навестил? И Оля стала Наумовой — эту фамилию носил лучший друг директора.
— Как в воду глядел, — качает головой Ольга Павловна. — Вскоре бывших белых стали арестовывать. Отец бежал из города. Искать его явились ко мне.
Девчонку несколько недель допрашивали в тюрьме. А потом сменился следователь. К новому сумел пробиться директор Олиного техникума и растолковал, что с отцом девушка связи не поддерживает.
— Женщина-офицер, Лида, принесла мои вещи. Я посмотрела на свое пальто с вырванной подкладкой и бросила на пол. Она накинула мне на плечи свой жакет, повела к большому начальнику.
Он выдал Лиде деньги, велел сводить меня в баню и приодеть. Мы купили легкое пальто, платье, ботинки, шапочку, корзинку. Я спросила, могу ли повидать своего следователя. Начальник вздохнул: «Его больше нет…»
«МЕНЯ ВЫТАЩИЛИ ИЗ ЛАДОГИ ЗА ВОЛОСЫ»
В 1939 году Оля Наумова стала культработником в Красной армии, работала в частях советских войск в Прибалтике. Война застала ее в Риге. Добравшись до Волховского фронта, Ольга поступила в 54-ю армию начальником кинобазы. Показывала солдатам «Боевые киносборники», «Чапаева», «Богатую невесту».
— Уже после победы я свалилась с тяжелейшим ревматизмом, — говорит Ольга Павловна. — И вспомнила свое «стояние» в Синявинских болотах (возле поселка Синявино в 1941–1944 годах не раз предпринимались попытки прорвать блокаду Ленинграда. — М. Р.). А тогда вроде и не замечали, что ходим по колено в воде, — так велико было напряжение.
Чтобы бойцы прочувствовали, что переживает Ленинград, Ольга два раза ездила по Дороге жизни — за новыми газетами и фильмами, которые истощенный город не переставал выпускать.
Один раз под автомобилем треснул лед — Ольга ахнуть не успела, как оказалась по горло в полынье. Полушубок, валенки от воды мгновенно стали пудовыми… Подоспел шофер, успевший выпрыгнуть из машины раньше, и вытащил за волосы. На затылке потом долго не зарастала скальпированная рана…
«ВЕДЬ И МЫ НИКОГО Б НЕ ЖАЛЕЛИ…»
«Мадам, возьмите за кусок сахара!» — изможденный мужчина с горящими глазами протягивал ей дамскую шубу на ленинградской толкучке. У Ольги дрогнуло сердце, она сунула ему свой трехдневный паек — бутерброды с колбасой, а шубу оттолкнула. Ленинградец долго плелся за ней: «Вы хоть понимаете, что спасли всю мою семью!» После победы Ольга много раз ездила к этому человеку в гости… «Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели…» — это стихотворение Семена Гудзенко у Ольги Павловны переписано в дневнике.
Она не стыдится того, что убивала фашистов. На ее счету, правда, всего один — на машину кинобазы налетели какие-то фрицы, пришлось отстреливаться... А вот видеть, как трупами немцев «мостят» болотистую дорогу, чтобы могла проехать машина, ей было невмоготу. Такая вот женская непоследовательность.
«ВСПОМНИЛА О ДЕТЯХ И ОСТАЛАСЬ С МУЖЕМ»
Полковник Козлов был на шесть лет ее старше, вдовец.
«У меня дочь семи лет и пятилетний сын», — предупредил он. Ольга помнила свое искалеченное детство и поклялась, что будет относиться к пасынкам как к родным детям. Своих у нее не было — на фронте забеременела, но по дороге в соседнюю часть упала с машины… «Козлов, видеть твою жену хоть раз в день мне необходимо как воздух!» — говорил ее мужу друг-генерал. Этот любовный треугольник держался много лет — как в фильме «Офицеры». Ольга в какой-то момент готова была подчиниться нахлынувшим чувствам — но вспомнила о детях. Как они останутся без матери — второй раз? Для Ивана Козлова война продолжилась и после мая 1945-го — на Тихом океане.
Два года прожили в Бухте Провидения — в хорошую погоду можно было различить людей на берегу Аляски, до которой всего восемь километров. Только болезнь жены заставила его перебраться в теплые края. Похоронив мужа, Ольга Павловна переехала к внучке в Медведково.
— Что нужно 97-летнему человеку на новом месте? — смеется Ирина, обнимая Ольгу Павловну за плечи. — Бабушка первым делом попросила купить крем для лица и бигуди. А вы еще удивляетесь, откуда такая сила и воля к жизни!
ЦИФРЫ
6900 жителей и защитников блокадного Ленинграда живут в столице, около половины из них состоят на учете в Московской общественной организации ветеранов.
ФАКТ
Путь через Ладожское озеро официально назывался Военно-автомобильной дорогой № 1. Современники сперва именовали его Ледовой дорогой (так его называет и Ольга Козлова).
Название Дорога жизни, вошедшее в историю, впервые появилось в «Правде» 9 мая 1942 года.
Бойцам показывали смешную войну и пьяных фашистов
На фронтовых кинобазах старались показывать как можно больше смешных картин — чтобы солдаты хоть ненадолго отдохнули душой.
Там даже фашистов изображали с добродушным презрением. Очень популярна у бойцов была новелла «Эликсир бодрости» из «Боевого киносборника № 7», снимавшегося в дни наступления немцев на Москву — как фриц на Восточном фронте от ужаса спился.
Солдаты по достоинству оценили комедии, которые критики осуждали за «безыдейный юмор» — «Сердца четырех», «Приключения Корзинкиной» (этот эксцентрический фильм с музыкой Дмитрия Шостаковича о чудаковатой кассирше — ее играла Янина Жеймо, которая после войны прославится ролью Золушки, — был особенно популярен у раненых).
